Облака славы. Жизнь и легенда Роберта Э. Ли - Майкл Корда

духовное благополучие волновало его не меньше, а то и больше, чем их академическая успеваемость. Лишь одному выпускнику Вест-Пойнта удалось совместить, казалось бы, противоречивые карьеры генерала и священнослужителя - Леонидасу Полку, который учился в академии одновременно с Ли, но на два класса позже него, и стал епископальным епископом Луизианы и генерал-лейтенантом Конфедерации. Тем не менее, Ли постоянно заботился о "привитии тех принципов мужественности и чести, которые являются единственной защитой солдата". Большая часть его переписки с военным министерством выдержана в тоне проповеди. Ли огорчали не столько недостатки кадетов, сколько их заблуждения. "Вы не должны делать вывод, - писал Ли в вежливом письме-предупреждении родителям одного кадета, которому грозило увольнение, - что его поведение было в наименьшей степени позорным или рассчитанным на то, чтобы повлиять на его моральный облик... . . Его заслуги были вызваны небрежностью [и] невниманием к своим обязанностям". Ли считал увольнение кадетов "самым неприятным делом, которое мне приходится выполнять". Его гордость при осмотре первого выпускного класса своего суперинтендантства в 1853 году была вполне уместна: в него вошли четыре будущих генерала Гражданской войны. Одним из них был Филип Шеридан, который в 1864 году стал командующим кавалерийским корпусом Гранта и первым генералом Союза, который начал проводить политику выжженной земли в долине Шенандоа; а другим - Джон Белл Худ, смелый, безрассудный техасец, который дослужился до звания генерал-лейтенанта Конфедерации и возглавил атаку на левые силы Союза на второй день Геттисберга. В следующем году Ли имел удовольствие видеть своего сына Кэстиса первым в классе из сорока шести человек, из которых не менее семи стали генералами Конфедерации. Самым известным из них был лихой молодой наездник по имени Дж. Э. Б. Стюарт, которого Ли любил почти так же, как собственных сыновей.

Пребывание Ли в Вест-Пойнте было одним из самых спокойных и удовлетворительных периодов его жизни. Большая часть его семьи была с ним, и Мэри, как бы она ни скучала по Югу и поездкам к теплым источникам, которые были ее единственным спасением от ревматизма, медленно калечившего ее, похоже, наслаждалась жизнью в качестве жены суперинтенданта, которая включала в себя множество развлечений, как для кадетов, так и для приезжих "знаменитостей", хотя зимы в долине Гудзона показались ей труднопереносимыми. Она привезла с собой на север несколько знакомых арлингтонских слуг, включая "повара, официанта и Элизу, детскую "мамочку" Роба, ставшую теперь полноценной горничной". Перевозка домашних рабов в северные штаты еще не представляла тех трудностей, которые вскоре возникнут, когда вопрос о рабстве обострится, а аболиционисты станут более многочисленными и смелыми. Территория и сады Вест-Пойнта были красивыми и ухоженными, и хотя атмосфера здесь неизбежно была более военной и дисциплинированной, чем в сонном Арлингтоне, где на заднем плане звучали марши, строевые упражнения, оркестры и трубы, Мэри Ли, похоже, освоилась и даже использовала оранжерею "для размножения черенков из арлингтонских садов".

Насколько Ли был доволен, сказать сложно. Он чувствовал, что улучшил дисциплину и моральное состояние кадетов, и привел в действие ряд улучшений в академии, начиная с введения газового освещения и заканчивая началом работ - наконец-то - в новой школе верховой езды, которую он спроектировал; но он также мог опасаться, что скатывается на задворки армии. Совет посетителей высоко оценил его поведение "на возвышенном посту, который он так достойно занимает", и это было приятно, но сам Ли постоянно осознавал, что каким бы "возвышенным" ни было его положение в глазах других, он стареет без реальной надежды на продвижение по службе или более высокое командование, а ему еще предстоит дать образование двум сыновьям и выдать замуж четырех дочерей. (Руни разочаровал своего отца, не получив назначения в Вест-Пойнт, но затем ему удалось получить место в Гарвардском университете. Роб, самый младший мальчик, будет учиться в Университете Вирджинии). Ли использовал свободное время для чтения огромного количества книг из библиотеки Вест-Пойнта, в том числе значительного количества книг о Наполеоне, включая двухтомник О'Меары "Наполеон на острове Святой Елены", не менее восьми томов мемуаров об императоре, а также наполеоновскую книгу "Considérations sur l'Art de la Guerre", в которой, как отмечает Фримен, Ли должен был прочитать рекомендации императора по защите столицы от превосходящей по численности армии противника - ситуация, с которой Ли сам столкнулся в 1864 и 1865 годах.

Но в Вашингтоне предпринимались шаги, которые могли радикально изменить направление карьеры Ли и отправить его семью обратно в Арлингтон. Военный министр Джефферсон Дэвис был обеспокоен малым количеством американских войск, доступных для защиты поселенцев на Западе - вся армия США состояла из менее чем 15 000 человек, примерно размером с дивизию. Менее 10 000 были боевыми войсками, и, возможно, половина из них была доступна для охраны и защиты всей западной границы от примерно 40 000 враждебных индейских воинов. Снова и снова небольшие отряды американских войск были осаждены в своем форте или перебиты при выходе за его пределы превосходящими по численности индейцами. Кульминацией стала печально известная резня в Граттане в 1854 году, когда двадцать девять американских солдат, их командир лейтенант Граттан и переводчик были убиты более чем тысячей разъяренных храбрецов Лакота Сиу на территории нынешнего Вайоминга. Дэвис был полон решимости установить на границе то, что мы сейчас называем законом и порядком. Он попросил у Конгресса два новых полка пехоты и два полка кавалерии, специально подготовленных и оснащенных для службы в приграничных районах, - Первый и Второй кавалерийские. В кои-то веки законодатели прислушались и выделили деньги, хотя и не без нареканий. Дэвис немедленно назначил Альберта Сидни Джонстона, техасца, который учился на два класса позже Дэвиса в Вест-Пойнте, полковником Второй кавалерии, а Роберта Э. Ли - подполковником, или вторым командиром. Джонстон был выдающимся солдатом, которому довелось служить в трех армиях: Техасской Республике, армии США и армии Конфедерации. Он заслужил восхищение Джефферсона Дэвиса, который оценил его военные навыки выше, чем у Ли. Многие офицеры обоих новых кавалерийских полков были южанами: во Второй кавалерии, наряду с Альбертом Сидни Джонстоном и Робертом Э. Ли, Э. Кирби Смит и Джон Белл Худ стали генералами армии Конфедерации; а подполковником Первой кавалерии был лучший друг Ли по Вест-Пойнту Джозеф Э. Джонстон, который стал не только генералом Конфедерации, но и кодовым автором боевого флага Конфедерации.

Скотт враждовал с Дэвисом и предпочел бы, чтобы Ли был полковником Второй кавалерии, а Джонстон - его вторым командиром; он вновь подтвердил свою уверенность в том, что если Соединенным Штатам когда-нибудь придется столкнуться с войной, в которой